Писатель, философ, дипломат

Часть первая Вслед за коротким, легким, как детское дыхание, дневным потеплением на обращенных к солнцу горных склонах погода вскоре неуловимо изменилась — заветрило с ледников, и уже закрадывались по ущельям всюду проникающие резкие ранние сумерки, несущие за собой холодную сизость предстоящей снежной ночи. Снега было много вокруг. На всем протяжении Прииссыккульского кряжа горы были завалены метельным свеем, прокатившимся по этим местам пару дней тому назад, как полыхнувший вдруг по прихоти своевольной стихии пожар. Жутко, что тут разыгралось — в метельной кромешности исчезли горы, исчезло небо, исчез весь прежний видимый мир. Потом все стихло, и погода прояснилась. С тех пор, с умиротворением снежного шторма, скованные великими заносами горы стояли в цепенеющей и отстранившейся ото всего на свете стылой тишине. Этого толчка неустойчивому грунту, однако, было достаточно, чтобы несколько увесистых камней, сорвавшись с крутизны, покатились вниз, все больше разбегаясь, раскручиваясь, вздымая следом пыль и щебень, а у самого подножия проломились, подобно пушечным ядрам, сквозь кусты краснотала и барбариса, пробили сугробы, достигли накатом волчьего логова, устроенного здесь серыми под свесом скалы, в скрытой за зарослями расщелине близ небольшого, наполовину замерзшего теплого ручья.

Прихожанка.ру - женский православный форум

История семьи волков Акбары и Ташчай-нара, олицетворяющих в романе весь природный мир, занимает важное место в философской концепции произведения и составляет основу одной из сюжетных линий. Роман начинается с описания жизни волчьей стаи, которая спокойно живёт до появления человека. Он буквально всё сносит и уничтожает на своём пути, не думая об окружающей природе.

Но почему-то все никак не могла за неё взяться, думая, что она мне не понравится. А начав читать, не смогла оторваться, пока не были прочитаны.

Снега было много вокруг. На всем протяжении Прииссыккульского кряжа горы были завалены метельным свеем, прокатившимся по этим местам пару дней тому назад, как полыхнувший вдруг по прихоти своевольной стихии пожар. Жутко, что тут разыгралось — в метельной кромешности исчезли горы, исчезло небо, исчез весь прежний видимый мир. Потом все стихло, и погода прояснилась. С тех пор, с умиротворением снежного шторма, скованные великими заносами горы стояли в цепенеющей и отстранившейся ото всего на свете стылой тишине.

И только все настойчивей возрастающий и все прибывающий гул крупнотоннажного вертолета, пробирающегося в тот предвечерний час по каньону Узун-Чат к ледяному перевалу Ала-Монгю, задымленному в ветреной выси кручеными облаками, все нарастал, все приближался, усиливаясь с каждой минутой, и наконец восторжествовал — полностью завладел пространством и поплыл всеподавляющим, гремучим рокотом над недоступными ни для чего, кроме звука и света, хребтами, вершинами, высотными льдами. Умножаемый среди скал и распадков многократным эхом, грохот над головой надвигался с такой неотвратимой и грозной силой, что казалось, еще немного — и случится нечто страшное, как тогда — при землетрясении… какой-то критический момент так и получилось — с крутого, обнаженного ветрами каменистого откоса, что оказался по курсу полета, тронулась, дрогнув от звукового удара, небольшая осыпь и тут же приостановилась, как заговоренная кровь.

Этого толчка неустойчивому грунту, однако, было достаточно, чтобы несколько увесистых камней, сорвавшись с крутизны, покатились вниз, все больше разбегаясь, раскручиваясь, вздымая следом пыль и щебень, а у самого подножия проломились, подобно пушечным ядрам, сквозь кусты краснотала и барбариса, пробили сугробы, достигли накатом волчьего логова, устроенного здесь серыми под свесом скалы, в скрытой за зарослями расщелине близ небольшого, наполовину замерзшего теплого ручья. Волчица Акбара отпрянула от скатившихся сверху камней и посыпавшегося снега и, пятясь в темень расщелины, сжалась, как пружина, вздыбив загривок и глядя прд собой дико горящими в полутьме, фосфоресцирующими глазами, готовая в любой момент к схватке.

Но опасения ее были напрасны.

Чингиз Айтматов Цитаты показано: Родился в года в деревне Шекер Таласская область Киргизии. Отец Торекул был крестьянским активистом, после прихода советской власти — партийным работником, которого в году арестовали и через год расстреляли. Мать Чингиза, Нагима Абдувалиева, была татаркой по национальности.

Чингиз, окончив восемь классов начальной школы, поступил в зоотехникум в Джамбуле, после окончания которого в году поступает в сельскохозяйственный институт Фрунзе и успешно завершает учебу в году. Первые произведения начал печатать в году, писал на киргизском языке.

Татарстан и Чингиза Айтматова объединяет идея необходимости сохранения и развития национальных языков и литератур.

Пегий пес, бегущий краем моря Ч. Айтматов, В книгу вошли произведения талантливейшего писателя нашего времени: Оглавление Пегий пес, бегущий краем моря. Айтматов, предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес. Когда кончается детство О повестях Чингиза Айтматова Дети часто мечтают поскорее стать взрослыми, не думая о том, что детские годы навсегда останутся самыми счастливыми в их жизни.

А как становятся взрослыми? Иначе говоря, когда кончается детство? Чингиз Айтматов всегда, с юных лет, очень серьезно относился к детям. Всемирно известный писатель из Киргизии, он смолоду писал на русском и киргизском языках. И в лучших его повестях и романах слова о детях всегда звучат особенно проникновенно, а судьба их часто связана с глубоким смыслом всего происходящего. Наверное, интерес Айтматова к детям и их судьбам определяется тем, что он сам, тринадцатилетний Чингиз, сын Торекула, сполна испытал на себе тяготы и трагедии своей семьи, близких, своих односельчан, своего народа, горе утраты.

Детство Чингиза кончилось именно тогда, в первые годы войны против гитлеровской Германии. Детство кончилось, но осталась детская чистота и детская доверчивость к радости и красоте жизни, восторг перед каждым ее днем; только добавилась взрослая мудрость и понимание времени, летящего в вечность.

Памяти Чингиза Айтматова

Все, что я вижу и переживаю… Начисто, абсолютно отринуть прошлое невозможно. Даже если кто и задастся такой целью. Прошлое продолжает жить в настоящем, и его истоки могут продолжать питать будущее. Все дело в том, в какой мере и что именно отрицать из прошлого.

тром, как умирал от страха от этих историй, и присмотрелся – трупоедов поблизости Все, кого можно было расспросить, лежали глубоко и ответ свой.

Все здесь овеяно славой предков; множество легенд, сказок, преданий повествуют о многовековой борьбе киргизского народа за свою независимость. Именно в детстве закладываются подлинные знания родной речи, именно тогда возникает ощущение причастности своей к окружающим людям, к окружающей природе, к родной культуре". Отрочество и юность будущего писателя пришлись на суровые годы Великой Отечественной войны. Из-за отсутствия в аиле взрослых мужчин подростку пришлось работать секретарем сельского совета, учетчиком тракторной бригады, исполнять различные общественные поручения.

Я увидел свой народ в другом его состоянии - в момент наивысшей опасности для Родины, в момент наивысшего напряжения духовных и физических сил. Я вынужден был, обязан был видеть это - я знал каждую семью на территории сельсовета, знал каждого члена семьи, знал наперечет немудреное хозяйство всех дворов.

Размышления над прочитанной книгой Чингиза Айтматова «Плаха»

Цитаты На этой странице Вы найдете все цитаты, которые нашли и добавили на проект наши пользователи в книгах автора. Воспользуйтесь сортировкой по параметрам или поиском, чтобы найти интересующие Вас цитаты.

Читай онлайн книгу «Плаха», Чингиза Айтматова на сайте или через приложение ЛитРес И только все настойчивей возрастающий и все прибывающи И однако страх безрассуден, тем более уже знакомый, пережитый.

Вслед за коротким, легким, как детское дыхание, дневным потеплением на обращенных к солнцу горных склонах погода вскоре неуловимо изменилась — заветрило с ледников, и уже закрадывались по ущельям всюду проникающие резкие ранние сумерки, несущие за собой холодную сизость предстоящей снежной ночи. Снега было много вокруг. На всем протяжении Прииссыккульского кряжа горы были завалены метельным свеем, прокатившимся по этим местам пару дней тому назад, как полыхнувший вдруг по прихоти своевольной стихии пожар.

Жутко, что тут разыгралось — в метельной кромешности исчезли горы, исчезло небо, исчез весь прежний видимый мир. Потом все стихло, и погода прояснилась. С тех пор, с умиротворением снежного шторма, скованные великими заносами горы стояли в цепенеющей и отстранившейся ото всего на свете стылой тишине. И только все настойчивей возрастающий и все прибывающий гул крупнотоннажного вертолета, пробирающегося в тот предвечерний час по каньону Узун-Чат к ледяному перевалу Ала-Монгю, задымленному в ветреной выси кручеными облаками, все нарастал, все приближался, усиливаясь с каждой минутой, и наконец восторжествовал — полностью завладел пространством и поплыл всеподавляющим, гремучим рокотом над недоступными ни для чего, кроме звука и света, хребтами, вершинами, высотными льдами.

Умножаемый среди скал и распадков многократным эхом, грохот над головой надвигался с такой неотвратимой и грозной силой, что казалось, еще немного — и случится нечто страшное, как тогда — при землетрясении… какой-то критический момент так и получилось — с крутого, обнаженного ветрами каменистого откоса, что оказался по курсу полета, тронулась, дрогнув от звукового удара, небольшая осыпь и тут же приостановилась, как заговоренная кровь. Этого толчка неустойчивому грунту, однако, было достаточно, чтобы несколько увесистых камней, сорвавшись с крутизны, покатились вниз, все больше разбегаясь, раскручиваясь, вздымая следом пыль и щебень, а у самого подножия проломились, подобно пушечным ядрам, сквозь кусты краснотала и барбариса, пробили сугробы, достигли накатом волчьего логова, устроенного здесь серыми под свесом скалы, в скрытой за зарослями расщелине близ небольшого, наполовину замерзшего теплого ручья.

Волчица Акбара отпрянула от скатившихся сверху камней и посыпавшегося снега и, пятясь в темень расщелины, сжалась, как пружина, вздыбив загривок и глядя прд собой дико горящими в полутьме, фосфоресцирующими глазами, готовая в любой момент к схватке. Но опасения ее были напрасны.

монолог волчицы Акбары, отрывок из романа Чингиза Айтматова"Плаха"

Часть первая Вслед за коротким, легким, как детское дыхание, дневным потеплением на обращенных к солнцу горных склонах погода вскоре неуловимо изменилась: Снега было много вокруг. На всем протяжении Прииссыккульского кряжа горы были завалены метельным свеем, прокатившимся по этим местам пару дней тому назад, как полыхнувший вдруг по прихоти своевольной стихии пожар. Жутко, что тут разыгралось:

Чингиз Айтматов скончался накануне вечером в клинике города год объявлен в Киргизии годом Айтматова. Все справки>>.

Это были и многочисленные интервью писателя, его статьи и размышления о судьбах литератур Кыргызстана, России, Европы и Азии. В моей библиотеке три издания собраний сочинений Чингиза Айтматова. Первое собрание — трёхтомник — годов, второе — семитомник года, третье — полное собрание в восьми томах, вышедшее в Казахстане уже после кончины писателя. Два из них с дарственной надписью Чингиза Торекуловича, которого при жизни мне довелось называть Чингиз-ага.

Пегий пёс, бегущий краем моря, старик-рыбак, которому судьба сродни морю и небу, рыба-женщина, влекущая нетерпением плоти, конь Гульсары и верблюд Каранар, волчица Акбара и Рогатая мать-олениха. Раймалы-певец и брат его Абдильхан, конь Саралу и юная певица Бегимай, к которой обращены слова: Даже некоторые фразы, взятые отдельно из ткани повествования, становятся афоризмами, крылатыми словами. А трагедия манкуртизма, до боли в висках характерная и актуальная в наши транзитные годы: После таких фраз невольно оглядываешься на луну, чувствуя, что там действительно кто-то есть, а на самом деле видишь белый платок Найман-Ана, который отражает свет нашей памяти и печаль нашего беспамятства.

Последние публикации

Будь осторожен ночью через брод. Мутные потоки, рожденные в мгновение ока, безудержно неслись по склонам, промывая зияющие овраги, с корнями вырывая старые ели, сталкивая в пропасти камни. В конце своего разрушительного бега они вливались в Байдамтал.

Все эмоции, весь драматизм действия актеры передают при помощи Настенные иллюстрации к повести Чингиза Айтматова Материнское поле. То есть вы с артистами репетировали на свой страх и риск .

Айтматова"Плаха" основан на идее противоречивости человеческой природы. С одной стороны человек подчиняет себе и использует природу, потребляя её через плоды своей деятельности, а с другой стороны разрушает своими преобразованиями. Роман"Плаха" Законы человеческих отношений не поддаются математическим расчетам, и в этом смысле Земля вращается, как карусель кровавых драм Таким образом, мир природы превращается в мир человеческий.

Между ними должны быть установлены отношения родства, гармонии, но на самом деле всё наоборот. Об этом и говорит Чингиз Айтматов. Дисгармония приводит к трагедии, приводит род человеческий на плаху! В нём переплетаются две основные сюжетные линии жизнь волчьего семейства, и судьба Авдия Каллистратова. Главный герой романа Авдий Каллистратов, бывший семинарист, выезжает по заданию молодой редакции в Моюнкумскую саванну за материалом про анашистов, собирающих коноплю.

Им движет не только задание газеты, а и мысль спасти павших и снова сделать из них людей. Его духовности и идеи утверждения добра только добром противостоит"идея" Гришана, вожака анашистов, убежденного в том, что и он помогает людям на их дороге к счастью. Я даю им то, что вы не можете дать им ни своими проповедями, ни молитвами У меня к Богу есть свой путь, я вхожу к нему иначе, с черного хода. Не так твой Бог разборчив и недоступен , как тебе мнится

Читать бесплатно книгу Плаха - Айтматов Чингиз

Виталий Грушко Виталий Грушко: Между тем оперное искусство полностью рухнуло, исчезло, попс растоптал его. Есть такие, конечно есть. Мне тоже сегодня некоторые говорят: Главное, что сдвиг произошел. Помните, что нас всех тогда захватило?

Она все время восхищалась горами Киргизии, а они составляют 90 процентов Открытие памятника Ч.Т. Айтматову в Бишкеке в . что глаза твои из глазниц выпирали, налитые сукровицей страха, когда на.

Личности масштаба Чингиза Айтматова рождаются нечасто. Сила их мысли, магнетизм продолжают оказывать космическое воздействие даже тогда, когда они уходят от нас. Наверное, поэтому мы так высоко ценим каждое новое воспоминание о наших великих современниках. Своими воспоминаниями о Чингизе Торекуловиче делится его младшая сестра Роза Айтматова.

Книга написана в соавторстве с ее племянником Асаном Ахматовым. Однако мы все знаем: Особенно сокровенны минуты счастья, проведенные в семейном кругу рядом с любимыми и близкими.

2000617 01 Аудиокнига. Айтматов Ч.Т."Джамиля"

Жизнь вне страха не просто возможна, а совершенно реальна! Узнай как можно стать бесстрашным, кликни тут!